Принятый 17 марта 2016 года в первом чтении законопроект №4057 многие юристы уже отметили как нарушающий базовые правовые принципы.

Но обычных граждан больше интересует, отразятся ли изменения конкретно на них. Проведем по этому вопросу анализ текста законопроекта, рассмотренного в первом чтении.

Положения о спецконфискации вносятся в Уголовный процессуальный кодекс отдельной главой 24-2 «Особенности обращения в доход государства денежных средств, валютных ценностей, государственных облигаций Украины, казначейских обязательств Украины, драгоценных металлов, камней и доходов от них до принятия приговора суда».

До вынесения приговора суда взыскание на имущество сможет быть наложено в рамках уголовных производств по таким преступлениям (приведено с указанием статей Уголовного кодекса Украины):

  • Присвоение, растрата имущества или завладение им путем злоупотребления служебным положением – служебным лицом путем злоупотребления служебным положением, или повторно, или по предварительному сговору группой лиц, или в крупных или особо крупных размерах, или преступной организацией (ч. 2-5 ст.191);
  • Создание преступной организации (ст.255);
  • Служебный подлог (ст. 368).

В рамках уголовных производств по указанным выше статьям спецконфискация может быть проведена у таких собственников имущества:

  • подозреваемый;
  • третьи лица, если имущество было передано им подозреваемым до «возбуждения» уголовного производства или во время его проведения.

Из чего следует, что спецконфискация может коснуться не только подозреваемых, но и невиновных лиц, в том числе добросовестных приобретателей – то есть лиц, которые не знали и не могли знать о противоправности происхождения имущества. Именно это обстоятельство является огромным коррупционным риском и дает широкие возможности для злоупотреблений со стороны правоохранительных органов и судов.

Спецконфискация у указанных лиц может быть проведена исключительно если:

  • подозреваемый скрывается от органов «следствия» и суда с целью уклонения от уголовной ответственности, объявлен в розыск (государственный, межгосударственный, международный) и находится в таком розыске более 6 месяцев;
  • подозреваемый, обвиняемый умер и уголовное производство закрыто (п.5 ч.1 ст.284 УПК Украины);
  • не получено согласие государства, которое выдало лицо, касательно уголовного правонарушения и уголовное производство закрыто (п.8 ч.1 ст.284 УПК Украины).

Я не зря выделила выше курсивом отдельные понятия, ведь они отсутствуют в Уголовном процессуальном кодексе Украины. Так с 20 ноября 2012 года уголовные производства не «возбуждаются», а регистрируются в Едином государственном реестре досудебных расследований. Органов «следствия» давно не существует, есть органы досудебного расследования. Кроме того, «подозреваемый» и «обвиняемый» по уголовному процессу – разные люди. Уже этого достаточно, чтобы сделать вывод о качестве законопроекта.

Что касается сути, то если текст не будет исправлен до утверждения в целом, то спецконфискации смогут избежать некоторые категории лиц. В интересах стороны защиты не буду давать весь список, приведу лишь пример: спецконфискация не будет законно проведена, если лицо объявлено в розыск на стадии судебного рассмотрения. Потому что оно в этот момент является не подозреваемым, а обвиняемым (подсудимым). То есть ч.4 ст.297-6 УПК в редакции законопроекта содержит огромную «дыру».