Дело Ахмед против Великобритании касается жалобы заявителя в ЕСПЧ о том, что Великобритания нарушила его права, предусмотренные статьями 5 и 34 ЕКПЧ.

Что касается предыстории дела, в 1992 году, когда ему было 15 лет Ахмед отправился из Сомали в Нидерланды. Там он обратился за убежищем вместе со своей семьей, и им был предоставлен вид на жительство на определенный срок. В течение этого периода времени он женился и у него родился сын. В 1998 году семья Ахмеда переехала в Великобританию, вскоре после этого, в 1999 году Ахмед последовал за ней. По прибытии в Великобританию Ахмед обратился за убежищем, указав ложное имя и иммиграционную историю. В убежище было отказано, однако ему предоставили исключительное разрешение на пребывание в стране до 2004 года.

В период с 16 ноября 2001 года до 4 августа 2005 года Ахмед был осужден 10 раз за уголовные преступления. В декабре 2007 года его осудили за преступление против общественного порядка и за то, что он не сдался властям. Его приговорили к четырем с половиной месяцам тюремного заключения.

В январе 2008 года Ахмеду вручили уведомление о том, что министр внутренних дел Великобритании намерен вынести распоряжение о его депортации, а также отказать в его заявлении на постоянный вид на жительство. Впоследствии Ахмед был заключен под стражу на основании иммиграционного законодательства.

Содержание Ахмеда под стражей пересматривалось ежемесячно и формуляры пересмотра с изложением оснований для содержания под стражей предоставлялись ему. В указанных формулярах говорилось, что «Хотя это означает, что принудительная высылка не представляется возможной, [заявитель] может сократить срок содержания под стражей, покинув страну добровольно». В формуляре за февраль 2010 года отмечено, что «Правило 39 ЕКПЧ является препятствием для высылки, но я отмечаю, что ПСВ [Программа содействия возвращению] является вариантом, который следует рассмотреть в полном объеме, чтобы ускорить его высылку из Великобритании». Аналогичным образом, в формуляре за июль 2010 года указано, что «[п]родолжительность содержания под стражей является прямым результатом его апелляций против депортации, и хотя уже прошло 29 месяцев, у него есть реальный вариант возвращения в Сомали по Программе содействия возвращению. Данный вариант следует более подробно объяснить объекту». Более того, в формуляре за декабрь 2010 года указано, что заявитель «может минимизировать свой срок в заключении, отозвав [заявление в ЕСПЧ] и воспользовавшись ПСВ, которая предлагается каждый месяц» и что он может «прекратить свое содержание под стражей, добровольно согласившись на возвращение (по ПСВ или иначе) в любое время».

Ахмед обжаловал решение о его депортации, но жалоба была отклонена. После исчерпания своих прав на апелляцию, Ахмед подал заявление в ЕСПЧ, и ему были предоставлены обеспечительные меры в соответствии со статьей 39.

В многочисленных заявлениях Ахмеда на освобождение под залог было отказано на том основании, что иммиграционные судьи не были убеждены, что он будет соблюдать какое-либо из наложенных условий. 9 ноября 2009 года иммиграционный судья далее отметил, что хотя Ахмед находится под стражей длительный период, «самый последний период содержания под стражей происходит из-за задержек с его собственным заявлением в Европейский суд по правам человека».

Что касается законности содержания Ахмеда под стражей, ЕСПЧ установил, что статьи 5 или 34 не были нарушены (судья Сицильянос заявил частично особое мнение). Суд постановил, что содержание Ахмеда под стражей не было необоснованно продлено решениями властей продолжить содержать его под стражей в ожидании решения данного суда по делу Суфи и Элми, и последующей отмены мер по Правилу 39.

Суд также отметил, что помимо судопроизводства, не было никаких иных препятствий для выдворения заявителя, поскольку все другие вопросы касательно его иммиграционного статуса были рассмотрены. Более того, у Ахмеда всегда была возможность обратиться за судебным пересмотром своей ситуации. Кроме того, его содержание под стражей регулярно пересматривалось на ежемесячной основе. Это отличается от случаев, когда суд устанавливал нарушения, когда заявители оставались под стражей после вынесения меры по Правилу 39 (см., например, Л.М. и другие против России, № 40081/14, 40088/14 и 40127/14, §§ 148-149, 15 октября 2015 г.).

В частично особом мнении судья Сицильянос не согласился, что нарушение статьи 34 не имело место. Он постановил, что предложение, сделанное Ахмеду о том, что для сокращения срока своего содержания под стражей, он мог бы отозвать свое заявление в суд и согласиться на возвращение в Сомали, являлось как минимум ненадлежащим или непрямым актом общения, предназначенным для того чтобы отговорить или разубедить его от преследования жалобы по Конвенции, или оказать отрицательное влияние на осуществление права на подачу индивидуальных жалоб. Это было особенно так в том, что он был иммигрантом, содержащимся под стражей, с ограниченным контактом со своей семьей и внешним миром, и поэтому особенно уязвимым.